Гримм Вильгельм Карл, Якоб
Настоящая невеста

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Другой вариант названия: "Истинная невеста"
    Перевод под редакцией П. Н. Полевого , 1893.


   Братья Гримм

Настоящая невеста

  
   Жила-была девушка, молодая и красивая, да на беду рано умерла у нее мать, а мачеха старалась причинить ей как можно больше горя. Какую бы тяжелую работу ни поручала ей мачеха, она беспрекословно за нее принималась и выполняла ее, насколько хватало сил; но этим она не могла тронуть сердце злой женщины, и та была всем недовольна, и все-то ей казалось мало. И чем старательнее бедняжка работала, тем больше на нее работы наваливали, и у мачехи только одно было на уме: как бы отяготить падчерицу побольше да как бы жизнь ей сделать погорше.
   Однажды мачеха сказала падчерице: "Вот тебе двенадцать фунтов перьев, ты их обдери, и если ты сегодня же к вечеру не выполнишь этой работы, то жди от меня побоев. Или ты думаешь, что можешь целый день лентяйничать?"
   Бедная девушка села за работу, но слезы ручьем потекли у нее по щекам, потому что она очень хорошо понимала полнейшую невозможность закончить эту работу в течение одного дня, И чуть только она накопит кучку перьев перед собою да вздохнет либо в страхе всплеснет руками, так перья полетят врозь, и она опять должна их собирать и начинать сначала. Наконец она оперлась локтями на стол, опустила лицо на руки и воскликнула: "Да неужели же на всем Божьем свете не найдется человека, который бы надо мною сжалился?"
   И вдруг услышала она нежный голос, проговоривший: "Утешься, дитя мое, я пришла помочь тебе". Девушка подняла голову и увидела около себя старушку. Та ласково взяла девушку за руку и сказала: "Доверь мне свое горе".
   В ответ на такой сердечный призыв девушка рассказала ей о своей печальной жизни, о том, что на нее наваливают постоянно ношу не по силам, и наконец призналась, что она не может закончить заданную ей работу. "А если я с этими перьями не справлюсь до вечера, мачеха станет бить меня; она мне этим пригрозила, и я знаю, что она сдержит слово".
   Слезы снова потекли у нее из глаз, но добрая старушка сказала: "Не тревожься, дитя мое, отдохни, а я тем временем твою работу справлю".
   Девушка прилегла на свою постель и вскоре уснула, а старушка села к столу за перья -- и пошла работа! Кажется, чуть коснется она перьев своими жесткими руками, а бородки у них от стержня так и отлетают! Скорехонько все двенадцать фунтов поспели.
   Когда девушка проснулась, она увидела целые груды белоснежных перьев, и в комнате все чистенько прибрано, а старушки и след простыл. Девушка поблагодарила Бога и просидела смирненько до вечера.
   Вечером вошла мачеха в комнату и была изумлена тем, что вся работа выполнена. "Вишь ты, колода неповоротливая, вот что можешь сделать, как постараешься-то хорошенько! Да разве же ты и кроме этой работы не успела бы чего-нибудь сделать? А ты уж и села, сложа руки! -- И, выходя из комнаты, она сказала: -- Эта тварь не только хлеб ест, а и работать может! Надо ей задавать работы помудренее этой!"
   На следующее утро она позвала падчерицу и сказала:
   "Вот тебе ложка, поди-ка вычерпай ею весь большой пруд, что за садом. А если к вечеру не вычерпаешь, ты уж знаешь, что тебя ждет".
   Девушка взяла ложку и увидела, что она продырявлена; да если бы и цела была, то где же ею пруд вычерпать! Принялась она тотчас за работу; стала у воды на колени, стала черпать, а сама в воду слезы роняет.
   Но добрая старушка опять явилась и, узнав о причине ее печали, сказала: "Успокойся, дитя мое, поди в кусты да приляг, я уж твою работу сама справлю".
   Оставшись одна у пруда, старушка только прикоснулась к нему -- и вот вся вода стала превращаться в туман и вверх подниматься и сливаться с облаками. Мало-помалу пруд осушился, и когда девушка перед закатом солнца проснулась и подошла к пруду, то увидела уж только рыб, которые плескались в тине.
   Она пошла к мачехе и сказала ей, что выполнила работу.
   "И давно пора!" -- сказала та, бледная от злости, а сама уж новые затеи придумывала.
   На третье утро позвала она к себе падчерицу и сказала:
   "Там, на равнине, ты должна мне выстроить красивый замок, да чтобы к вечеру был готов". Девушка перепугалась и сказала: "Как могу я выполнить такую большую работу?" -- "Я слышать не хочу никаких возражений! -- крикнула мачеха. -- Если ты можешь пруд вычерпать продырявленной ложкой, то можешь и замок выстроить! Сегодня же я туда и переехать хочу, и если хоть чего-нибудь не хватит в кухне или в погребе, ты знаешь, что тебе достанется!"
   Она прогнала девушку с глаз долой, и когда та сошла в долину, то увидела, что скалы лежат там глыбами, нагроможденные одна на другую. Напрягая все свои силы, она даже и меньшей из них не могла бы сдвинуть с места. Села она и стала плакать, хотя все же не теряла надежды на помощь доброй старухи.
   И та не заставила себя ждать, пришла и утешила ее: "Приляг вон там в тени да усни, уж я тебе замок построю. Коли тебе приятно будет, так хоть сама живи в нем".
   И когда девушка удалилась, старушка только прикоснулась к серым глыбам скал -- и тотчас же зашевелились глыбы, сплотились в целое и поднялись стенами, словно могучие великаны их воздвигали. Затем здание стало возрастать, как будто бесчисленные незримые руки работали над ним, налагая камень на камень. Земля гудела, а громадные колонны сами собою из нее поднимались и становились в ряд. Черепицы сами собою укладывались на крыше, и чуть только полдень настал, на шпиле одной из башен замка уже вращался большой флюгер в виде золотой девы в развевающейся одежде.
   И внутренние покои замка к вечеру были уже готовы. Как это старушка ухитрилась сделать, не знаю, но только стены комнат были обтянуты шелками и бархатом, кругом расставлены были пестро расшитые стулья, а богато украшенные кресла появились около мраморных столов; хрустальные люстры повисли всюду, опускаясь с потолков и отражаясь в гладко отполированных полах.
   В раззолоченных клетках сидели зеленые попугаи и разные заморские певчие птицы. Всюду царила такая роскошь, как будто замок предназначался для самого короля.
   Солнце было уже на закате, когда девушка проснулась, и ей сразу бросились в глаза огни тысячи свечей. Быстрыми шагами подошла она к замку и вступила в него через открытые ворота. Лестница была выстлана красным сукном, а вдоль перил ее были поставлены кадки с цветущими деревьями.
   Когда она увидела весь блеск внутреннего убранства, то остановилась как вкопанная. И может быть, долго бы она там простояла, если бы о мачехе не вспомнила. "Ах, -- подумала она, -- хоть бы этим, наконец, она удовольствовалась и не мучила бы меня более".
   Пошла она к ней и сказала, что замок готов. "Я сейчас туда хочу переселиться", -- сказала та и поднялась со своего места. Когда она вступила в замок, то должна была прикрыть глаза рукою -- до такой степени ослепил ее весь этот блеск. "Видишь, -- сказала она падчерице, -- как тебе все это легко досталось; надо было бы тебе дать задачу потруднее этой".
   Она прошла по всем комнатам и заглядывала в каждый уголок, чтобы подметить -- чего там не хватает? Но ничего найти не могла. "Ну, теперь вниз сойдем, -- сказала она, злобно поглядывая на бедную девушку, -- я должна еще заглянуть в кухню и в погреб, и если там замечу какую-нибудь нехватку, то ты все же не уйдешь от моих побоев".
   Но огонь горел в очаге, в горшках варились кушанья, все было на своем месте, а по полкам была расставлена ярко блестевшая медная посуда. Ни в чем не было недостатка: даже и чугун для углей, и ведра тут были. "А где тут вход в погреб? -- крикнула мачеха. -- Ведь, если он не наполнен бочками вина, то тебе плохо будет!"
   Она сама открыла откидную дверь и стала сходить с лестницы, но едва ступила два шага, как тяжелая дверь, которая не была закреплена, вдруг захлопнулась. Девушка услышала крик, быстро подняла дверь, чтобы подать мачехе помощь, но оказалось, что та слетела с лестницы в погреб и убилась насмерть.
   И вот великолепный замок стал полной собственностью молодой девушки. В первое время она даже не могла свыкнуться со своим счастьем: в шкафах висели богатые платья, сундуки были набиты золотом и серебром либо жемчугом и драгоценными камнями, и притом не было желания, которое бы оставалось неисполненным.
   Вскоре слава о красоте и богатстве молодой девушки распространилась по всему свету. Каждый день являлись к ней новые женихи, но ни один из них ей не нравился.
   Наконец пришел и королевич, который сумел затронуть ее сердце, и она с ним обручилась.
   В саду замка росла липа; под этою липою жених с невестою и сидели однажды, и он сказала ей: "Я съезжу домой и получу согласие моего отца на наш брачный союз; прошу тебя, подожди моего возвращения под этою самою липою, я вернусь через несколько часов".
   Девушка поцеловала его в левую щеку и сказала: "Будь мне верен и никакой другой женщине не позволяй целовать тебя в эту щеку. А я здесь, под липою, буду ожидать твоего возвращения".
   Девушка сидела под липою до самого заката солнечного, но жених, не возвращался. Она сидела еще три дня с утра и до вечера, ожидая, что жених возвратится, но тщетно. Когда и на четвертый день он не явился, она сказала: "С ним, вероятно, случилось несчастье; я пойду его искать и не вернусь прежде, нежели найду его".
   Она захватила с собою три лучшие из своих платьев: одно было вышито серебряными звездами, другое -- серебряными месяцами и третье -- золотыми солнцами; завязала в платок свой полную пригоршню драгоценных каменьев и пустилась в путь.
   Всюду расспрашивала она о своем женихе, но оказалось, что никто его не видал, никто о нем ничего не знал. Странствовала она по всему свету вширь и вдаль, а жениха своего не находила.
   Наконец она нанялась у одного мужика в пастушки, а свои великолепные платья и драгоценные камни зарыла под камнем.
   Вот и жила она у этого мужика, пасла его стада, горевала и тосковала о своем милом. И была у нее телочка, очень ручная, которую она из рук и кормила. И когда она говорила: Телочка, телушка, Будь моей подружкой. На коленки становись, В вечной верности клянись,
   -- та тотчас становилась на колени, и девушка ее ласкала.
   После того как она, одинокая и печальная, прожила около двух лет у того мужика в услужении, в той стране пронесся слух, будто дочь короля собирается праздновать свою свадьбу.
   Дорога в город шла через ту деревню, где жила наша красавица, и случилось, что однажды, когда она выгоняла из деревни свое стадо, ее жених ехал мимо. Он гордо скакал на своем коне и даже не взглянул на нее; она же сразу его узнала. Ее словно ножом кольнуло в сердце. "Ах, я-то думала, что он мне будет верен, -- сказала она, -- а он и позабыл меня!"
   На другой день он опять ехал той же дорогой. Когда он приблизился к ней, она стала говорить телочке: Телочка, телушка, Будь моей подружкой. На коленки становись, В вечной верности клянись!
   Услышав ее голос, жених глянул на нее и попридержал коня. Посмотрел он пристально в лицо пастушке, даже прикрыл глаза рукою, как бы припоминая что-то, но потом быстро поскакал и скрылся из виду.
   "Ах, он не узнает меня более!" -- воскликнула она и еще более запечалилась.
   Вскоре после того при королевском дворе должен был происходить трехдневный праздник, и все население страны было приглашено участвовать в нем.
   "Теперь я сделаю последнюю попытку!" -- подумала девушка и, когда наступил вечер, пошла к тому камню, под которым хранились ее сокровища. Она вынула платье с золотыми солнцами, надела его и к нему же надела убор из драгоценных камней. При этом она распустила волосы свои (она скрывала их под платком), и они длинными локонами ниспадали с ее плеч.
   Так направилась она в город, и в темноте никто не обратил на нее внимания.
   Когда же она вступила в ярко освещенный зал, все уступали ей дорогу, пораженные ее красотой, но никто не знал ее.
   И королевич вышел ей навстречу, но тоже не узнал ее. Он и плясал с нею, и так был восхищен ее красотою, что о другой невесте и думать забыл.
   Когда праздник закончился, она исчезла в толпе, поспешила до рассвета в деревню, где опять нарядилась в свое пастушье платье.
   На следующий вечер она надела платье с серебряными месяцами и в волосы себе приколола полумесяц из драгоценных камней. Когда она показалась на празднестве, все обратились в ее сторону: королевич же поспешил ей навстречу и принял любезно, с нею одною только и плясал и ни на кого, кроме нее, не смотрел.
   Перед уходом она должна была сказать ему, что в последний вечер еще раз придет на праздник.
   Явившись в третий раз, она надела звездное платье, которое сверкало звездами при каждом ее движении; на голове у нее была повязка из звезд, блестевших драгоценными каменьями; такими же звездами был украшен и ее пояс.
   Королевич уже давно ее ожидал и пробрался к ней через толпу. "Скажи мне, кто ты? -- спросил он. -- Мне почемуто кажется, что я уже давно тебя знаю". -- "А ты разве не помнишь того, что было при нашей разлуке?" -- отвечала она и, приблизившись к нему, поцеловала его в левую щеку.
   В то же мгновение он словно прозрел и узнал истинную невесту. "Пойдем, -- сказал он ей, -- здесь я не хочу более оставаться". Тут он подал ей руку и свел ее вниз, к своей повозке.
   Вихрем помчались кони прямо к ее волшебному замку. Уже издали горели огнями освещенные окна.
   Когда они проезжали мимо заветной липы, в ее листве кишмя кишели бесчисленные светляки; липа приветливо махала ветвями и разливала кругом благоухание своих цветов.
   На лестнице цвели цветы, из внутренних покоев доносилось пение заморских птиц, а в зале уже был в сборе весь двор королевича, и священник ожидал прибытия жениха с его истинной невестой, чтобы начать обряд венчания.
  
  
   Пер. под ред. П.Н. Полевого
   Печатается по изданию: "Сказки, собранные братьями Гриммами", Спб, 1895. Изд. "Алгоритм", 1998.
   Язык оригинала: немецкий. Название в оригинале: Die wahre Braut. -- Опубл.: 1857. 
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru